Литературная
Коллекция

Произведения:

Валентин Саввич Пикуль

   
 
 

Баязет

— Ну, что ж, — нисколько не обиделся тот и даже засмеялся, подлец.
— До сих пор я говорил с вами келейно, желая добра. Как боевой товарищ с боевым
товарищем. Теперь же перейду на официальную ноту… Денег нет! — выкрикнул чиновник,
отбрасывая от себя ведомость баязетского гарнизона. — И когда будут — не знаю!
Наверное, в августе.
Карабанов в гневе повернулся к офицерам. Немного смирил себя, чтобы не нарваться на
скандал, и заметил с прискорбием:
— А вам-то, господа, совсем не к лицу носить мундиры!
Гвардейцы переглянулись. Полковник промолчал, но корнет, по молодости лет, вякнул
что-то невразумительное по поводу единого бремени, которое следует нести всем без разбору.
— Ну и несите, — отмахнулся Андрей, — я тоже несу… Дело в том, что
Мы несем едино бремя, Только жребий наш иной:
Вы оставлены на племя, Я назначен на убой…
В приемной казначейства всё так же томились полковые приемщики. На вопрос Андрея
один ответил, что проживает в Игдыре с полмесяца, другой приехал с позиций уже вторично,
третий только махнул рукой.
— Господа! — сказал он, этот третий. — Я недавно был в Севастополе. Вы не
представляете, какой подъем патриотизма вызвала в обществе эта война! .. Дворец
генерал-губернатора был буквально осажден. И кем бы вы думали? — проститутками. Да, эта
гулящая корпорация тоже решила служить отечеству под Красным Крестом.
И самое интересное, что все они давали подписку на целый год обета безбрачной жизни.
Проститутки, господа, и те умеют жертвовать для отечества!
— Ну, — кощунственно подхватил Андрей, — нашли что сравнивать: ведь это же русские
проститутки, а не русские чиновники… Впрочем, за кем я могу занять очередь, господа?
Хорошо, я буду стоять за вами.
Прошло четыре дня. Прожились в Игдыре дочиста. Егорыч нанялся к богатым духоборам
косить траву и тем кормил себя, кормил и своего сотника. Было все постыло, бесчестно и как-то
стыдно…
От доброты душевной старый Егорыч частенько советовал: — Ваше благородие, всю-то
жизнь на каждой титьке у нас по сотне воров висло. Дайте им отступного, пущай уж и здесь
пососут…
А я, когда в Баязет возвернемся, на иконе поклянусь перед всеми, что вы чисты, аки
голубь! ..
— Нет, Егорыч, — упрямился Карабанов, — я лучше сгнию здесь в очереди, но от меня
никто ни копейки не получит! ..
Ночи стояли сухие, знойные. По вечерам женский смех дразнил воображение. Память об
Аглае сидела в теле прочно, словно наболевшая заноза. И, как назло, за стенкой один маркитант
колобродил по ночам с девицами, распевая во все горло под гитару:
Дама милая, напрасно вы Не даете свои губоньки:
Поцелую нас за красненькую, Приплачу еще голубенькую…
До рассвета ворочался Карабанов на тощих подушках, давил клопов, вожделел к Аглае и
сумрачно матюкал музыкального маркитанта. Небритый и крикливый, шел по утрам в
казначейство, еще с улицы складывая губы для тошнотного вопроса:
— Ну, как тут сегодня, господа? Дают или нет? ..
Только сейчас начал он понимать, что та армия, на которую он глядел когда-то свитским
кавалергардом из высокого седла своей лошади,
— еще совсем не армия: разбросанная по глухим трущобам империи, сермяжная и
полуголодная, обворованная и униженная, армия Ватниных и Потресовых, Егорычей и
Денисок, — вот она-то и есть истинно российская опора, и было как-то стыдно вспоминать свои
прежние гарцевания на Марсовом поле, скачки в Красном Селе, бесшабашные кутежи на
Полюстровских дачах.
— Да, — сказал однажды Андрей, вспомнив почему-то своего деда, который в молодости
дружил с гусаром Денисом Давыдовым, — был ведь, господа, «век богатырей, но смешались
шашки, и полезли из щелей мошки да букашки»… Черт вас всех возьми, когда же на Руси будет
порядок?
— Вся у нас система такая: насквозь прогнила… — ответил ему офицер, который
рассказывал о патриотизме проституток.
— Да при чем тут система! — искренне возмутился Карабанов. — Подлецы, дураки,
казнокрады, взяточники — это да, но разве в Петербурге об этом знают? ..
На восьмой день бесплодного ожидания в казначействе раздался голос молодого

 

На правах рекламы:

 
   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"