Литературная
Коллекция

Произведения:

Валентин Саввич Пикуль

   
 
 

Баязет

Зато артиллерии досталось. Пух и перья летели. Старый служака, майор Потресов, то
бледнел, то наливался кровью. Стоял он неподалеку от Карабанова, держа шашку по
церемониалу, и вынес все.
Что только не делал с ним Пацевич! Разбранил установку прицелов, залез с носовым
платком в орудийное дуло, с руганью пытался разорвать передочную упряжь — не гнилая ли, а
если гнилая, то, значит, Потресов ворует. Потом поманил пальцем канонира Постного:
— Иди-ка сюда, братец… Экий у тебя вид! Повернись задом…
Кирюха повернулся. Вид у него действительно был неказистый.
Сам он маленький, а штаны большие, и между ног свисала широченная мотня, как у
запорожца. Пацевич не отказал себе в удовольствии оттянуть эту мотню еще больше. Выдрал
из-под ремня рубаху, прихлопнул канониру фуражку — так, что оттопырились уши у бедного
парня, и кричал издали Потресову.
— Это — вид? Это — вид солдата, майор? Почему молчите? Где вы отыскали такого
шибздика? .. Если воин вышел из казармы, — вся улица должна разбежаться! А это — что? ..
Его ведь даже сытая курица лапою залягает! ..
Когда полковник направился дальше, Карабанов, играя желваками на бронзовых скулах,
подъехал к Потресову:
— Слушайте, — сказал он, — как вы могли это стерпеть? Он вас оскорбляет, а вы —
молчите?
— Эх, поручик, — ответил майор, пряча оружие в ножны, — молоды вы, не понимаете…
Думаете, у старого дурака, майора Потресова, нет гордости? Да, была, мой милый… А вот вам
бы в мои шестьдесят лет дослужиться до майора и тащить вот здесь (Потресов похлопал себя
по жилистой шее) семейку. Восемь ртов, и все — дочери. Да рылом не вышли. Никто и не
берет…
— Извините меня, майор! — Карабанов с уважением отсалютировал ему шашкой и,
задумчивый, вернулся на свое место.
Из рядов милиции, при опросе жалоб и притеснений, выступил вперед грузин, дядя Вано,
с листком мятой бумаги, на который он кое-как, через пень в колоду, жаловался на обиды,
претерпеваемые им и его сыновьями от подполковника Исмаил-хана Нахичеванского.
— Хорошо, — пообещал добровольцу Адам Платонович, — я рассмотрю твое прошение
лично. Будешь прав — взыщу с полковника, если же не прав, — велю снять с тебя штаны и
прикажу твоим сыновьям так отлупцевать тебя нагайкой, что ты у меня до конца войны кровью
ходить будешь.
— Подавай, подавай! — злорадно посоветовал хан; милиционер исподлобья глянул на
Пацевича и, тихо ругаясь по-грузински, забрал свою жалобу обратно…
А дальше началось уже новое представление: Адам Платонович Пацевич наехал на
старого гренадера Василия Хренова, который с полной ответственностью за свои благие
намерения выпятился на первый план бородой и крестами.
— А ты, дед, с какого кладбища? — накинулся на него полковник. — Почему босой?
Откуда кресты?
Дед — всё бы ничего, но очень уж любил о себе поговорить; это-то его и погубило. Он
начал обстоятельно: со службы при Ермолове («Таких-то начальников, — добавил он, —
теперича нету») и доходил уже в своем рассказе до сапог, которые он еще не получил, а почему
не получил — это он сейчас расскажет…
Тут-то его и остановили.
— А-ну, — крикнул Пацевич, — вон отсюда, бродяга!
Дед покачнулся, но из строя не вышел. Хвощинский, нагнувшись к полковнику, почти
выпадая из седла, что-то стал горячо толковать.
Пацевич выслушал и махнул рукой:
— Нет, не убедите… А ну, старик, пошел вон отсюда! ..
За свой долгий век перевидал дед всякого. И дурное видел, и хорошего довелось
посмотреть. Начальство — ладно, куда ни шло, дед устава не любил смолоду, его секли за него.
Но… вот — мать-Россия, пусть даже смутная, далекая, ласковая, как память о детстве, — это он
знал твердо, сердцем, и винтовка лежала на его плече как влитая.
— Никак нет, — отрезал он. — Не могим выйти. Я есть солдат.
Кавалер. Мне без этого нельзя… Присяга!
Кончилось все это тем, что Пацевич приказал двум солдатам вывести Хренова из строя. И
дед, загребая черными пятками бурую баязетскую пыль, поволочился куда-то между двух
солдатских локтей.
Обойдя весь строй, Пацевич велел офицерам гарнизона подойти к нему и объявил в

 

На правах рекламы:

 
   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"