Литературная
Коллекция

Произведения:

Валентин Саввич Пикуль

   
 
 

Баязет

попадаться ко мне на стол… Садитесь, поручик, и простите за дурной каламбур.
Никогда не отличался остроумием!
Карабанов сел. На дворе испуганно заблеял барашек. Исмаилхан вскочил, пробежал по
пыльным коврам в мягких, по-кошачьи тихих сапожках.
— Двадцать нагаек духанщику! — заорал он в непонятном для Карабанова бешенстве. —
Я думал, барашек уже изжарен, а он еще помирает! ..
— Я бы, господа, выпил рюмку водки, — раздумчиво признался Савицкий, как видно
чем-то недовольный, и посмотрел на свои часы. — Девятый уже… — Врач щелкнул крышкою
«мозера». — Никогда смолоду не ждал женщин, и даже сейчас, на старости лет, не повезло.
— Не горячитесь, ваше сиятельство, — засмеялся Клюгенау, обратясь к хану, — зато
здесь будет прекрасное вино.
— А я не гяур, чтобы соблазниться вином, — с презрением откликнулся хан. — Я пью
только ангелику!
Поворачиваясь на оттоманке с боку на бок, жирный и неуклюжий, Сивицкий смело
возразил подполковнику:
— Светлейший хан, вы только настаиваете водку на ангслике.
но пьете-то все равно водку!
Дверь отворилась, и молодая армянка с влажными, печальными глазами, выпятив от
усилия круглый живот, внесла на руках винный бочонок.
— А вот и наша красавица! — сказал доктор, сошлепывая ладонью со своих брюк пепел
сигары.
— Натри барбарису да чесноку побольше, — повелел Исмаилхан, добавив что-то
по-армянски, и пинком ноги отправил бочонок в дальний угол.
Девушка легко выскользнула за двери, и Клюгенау сказал:
— Господа, вы, наверное, помните Полонского?
— Еще бы не помнить! — гоготнул Исмаил-хан, снова усаживаясь на паласы. — Он был
квартирмейстером в Нижегородском полку, когда мы усмиряли восстание в Польше… Ну хоть
бы один день я его видел трезвым!
— Да нет, подполковник, — сморщился Сивицкий, подмигнув Карабанову, — это не тот.
Вы лучше слушайте.».
Клюгенау вдохновенно читал:
…Ты шла, Майко, сердца и взоры теша, Плясать по выбору застенчивых подруг.
Как после праздника в глотке вина ограду Находит иногда гуляка удалой ..
И неожиданно чистым и сильным голосом Карабанов, подхватив стихи, донес их до
конца:
Так был я рад внимательному взгляду Моей Майко, плясуньи молодой…
— Вы, наверное, это хотели сказать, барон? — спросил он и засмеялся, откровенно
довольный.
— Да, поручик. Именно это. И это — прекрасно!
— Господа! — воскликнул доктор, взглянув на балкон духана. — Казаки ведут кого-то
сюда под конвоем…
— Вчера, — сказал Клюгенау, поднимаясь, — на Орговском кордоне был пойман
контрабандист. Кажется, это он и есть…
Контрабандист шел посередине улицы. Его босые вывороченные пятки почти не взбивали
душной пыли. На днях он перегнал в Бахреванд стадо овец и переправил в Тебриз дочь
русского чиновника, запроданную для гаремов, а на обратном пути попался с тюками
английских одеял и хорасанских ковров.
Подняв острые плечи, словно орел свои крылья перед взлетом, «ночной гость» шел под
конвоем казаков, удивительно прямой и легкий, почти не сгибая ног в коленях; рваный бешмет
крутился вокруг длинного тощего тела.
— Встретим его, господа, — предложил Исмаил-хан, берясь на нагайку, — как
образованные люди…
Контрабандиста ввели во двор. Казаки-конвоиры устало облокотились на карабины,
хозяин харчевни вынес им ковш с вином.
Звали духанщика де Монфор, он был француз и дворянин; Клюгенау успел шепнуть про
него, что он видел Кайенну и на плече его выжжено клеймо каторжника.
— Черт знает что! — едва поверил Карабанов; Кавказ поражал его своими контрастами: в
долинах зацветали яблони, а в горах выли метели, мужикам-казакам услужает французский
дворянин, а владетельный хан снисходит до беседы с грязным разбойником.
— Вонючий шакал, — ласково спросил хан, — когда мать выкидывала тебя наружу, она

 

На правах рекламы:

Рекомендуем: печать футболок, бейсболки в Москве.|секс видео порноролики и порево - порнуха смотреть - ебля и порнуха|лицензирование медицинской деятельности

 
   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"