Литературная
Коллекция

Произведения:

Валентин Саввич Пикуль

   
 
 

Баязет

— А где служили? — спросил Некрасов.
— В лейб-гвардии кавалергардском. В самом веселом полку, господа! .. Телохранители
царствующих особ, мы сохранили для себя лишь одну добродетель: беречь себя в трезвом виде
только для парадов!
— О-о, и… Если так, то простите за нескромный вопрос, — полюбопытствовал Штоквиц,
вставая с тахты. — Каким же образом вы оказались здесь, коли гвардия еще не выступала из
столицы?
И почему на вас этот казачий мундир?
— Судьба, — отмахнулся Карабанов.
— Ну, если только судьба, — понимающе подмигнул ему Некрасов, — то наплюйте этой
судьбе в ее длинную противную бороду.
— До Москвы еще кое-как плевался, а теперь — иссяк: уже стало нечем, — ответил
Андрей, начиная постепенно оживляться. — Но и вы же ведь, Юрий Тимофеевич, — он показал
на значок академии Генерального штаба, — тоже почему-то здесь, в этой дыре, а не при ставке
великого князя Михаила.
Проводя Карабанова к столу, штабс-капитан доверительно поделился:
— Ну, кто как, а я, например, очень доволен, что меня послали в Игдыр, а не сослали на
Камчатку, скажем, или же в другие «не столь отдаленные».
— Что же так?
Некрасов посерьезнел:
— Да я, видите ли, давно утверждал, что России пора взяться за разрешение вопроса на
Балканах. Ну и решил, что буду полезен балканским инсургентам. Не вдаваясь в подробности,
скажу: был пойман уже на границе с Валахией, — я пробирался к повстанцам в горы…
— Ничего, академик, — похлопал его по плечу капитан Штоквиц, — скоро вам будут не
только горы, но и турки. Да и не все ли равно, где сыграть в ящик за ваших славян! .. Вон,
посмотрите в окно: это, кажется, подходят хоперцы? Они сегодня опять пройдут вдоль
Аракса…
Карабанов тоже выглянул в окно: проламываясь сквозь яркую и шумную толпу торговцев,
через пыльную площадь не спеша двигалась колонна всадников.
— А где же ваши вещи, гвардионус? — спросил Штоквиц у Карабанова с некоторой
ехидцей.
— У меня, господа, — честно сознался Карабанов, — ни черта не осталось. Дорога
дальняя. Беспутная и пьяная. Какой городишко понравится, — там и загуляю. Так все где-то и
растерял… Ну, да мне ничего и не жалко.
— Это славно. — подал голос юнкер Евдокимов. — Я люблю людей, которым ничего не
жалко! ..
Ватнин тем временем куда-то сходил и привел низенького круглолицего солдата с
головой, ушедшей в плечи. Солдат был гладко выбрит, один глаз у него косил на сторону.
— Вот, поручик, — сказал есаул Карабанову, — хоша он и татарин, но тут, как
наслухался, что турка творит, так и отсекло его от аллаха… Зовут парня все больше Тяпаевым,
а коли нужно по-другому звать, он все равно откликнется. Бери — тебе денщик нужен! ..
Узнав, что Карабанов еще не был на приеме у Хвощинского, офицеры посоветовали ему
сделать это сейчас же. «Не надо обижать старика», — убеждали они.
Когда денщики уже начали убирать со стола лишнюю посуду, штабс-капитан Некрасов
напугал Карабанова громогласной командой:
— Вынима-ай па…
— …трон! — хором подхватили офицеры, и все полезли в карманы за портсигарами и
кисетницами: по традиции гарнизона, только теперь можно было курить.
Карабанов рассмеялся, но прежней беспечности было уже не вернуть. Еще всецело
находясь под впечатлением первой встречи с полковником на плацу, такой неловкой и
несколько унизительной, поручик не был готов к этому визиту. И мысль, что сейчас ему надо
идти в дом, где он может встретить Аглаю, сразу подавила хорошее настроение.
Однако и обидеть новых товарищей Андрей не пожелал, а потому, лихо проглотив для
храбрости полную чашку рому, он крикнул:
— Колупаев! .. или как там тебя?
Солдат-татарин был уже в дверях: босые пятки сдвинуты вместе, носки врозь — на
ширину приклада, снайдеровской винтовки, все точно по уставу.
— Тута я…
— Так вот, Тутаев, берись за дело: надо мундир почистить, сапоги и пуговицы — тоже,
чехол на фуражке сменить… Быстро! ..

 

На правах рекламы:

 
   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"